tadgik bozor

Власти Таджикистана обвинили Партию исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) в подготовке серии террористических атак на стратегические объекты страны, в числе которых Государственный комитет национальной безопасности (ГКНБ), международный аэропорт Душанбе, Гостелевидение. Генпрокуратура рассматривает вопрос о включении ПИВТ в список террористических организаций. Эксперты не исключают, что освободившееся политическое поле займут радикальные экстремистские организации.

Президент Эмомали Рахмон, выступая по случаю мусульманского праздника жертвоприношения Иди Курбон, который отмечается сегодня, заявил, что «некоторые нездоровые силы используют ислам в целях политических интриг и осуществления групповых интересов». 

Слова главы государства адресованы ПИВТ. Тем более Генпрокуратура Таджикистана обвинила лидера ПИВТ Мухиддина Кабири в дестабилизации обстановки в стране и возложила на него и членов партии ответственность за события 4 сентября, когда было совершено нападение на сотрудников милиции, в результате которого погибли девять силовиков: «Под непосредственным руководством лидера председателя ПИВТ Мухиддина Кабири и по его поручению генерал Абдухалим Назарзода создал около 20 мелких группировок с целью совершения актов дестабилизации обстановки в стране». В Генпрокуратуре утверждают, что «Назарзода спланировал все нападения, совершенные его группировкой 4 сентября, еще в августе этого года и получил для этих целей от своих зарубежных покровителей крупные средства через так называемые благотворительные фонды». Доказательством тому служат проведенные обыски рабочих кабинетов представителей ПИВТ, в которых якобы были обнаружены фотографии государственных объектов, сделанные со спутника. Об этом сообщило Государственное телевидение Таджикистана. Следственные органы возбудили уголовное дело, арестовав на минувшей неделе членов высшего руководства ПИВТ.

Лидер партии Мухиддин Кабири заявил «НГ», что «обвинять ПИВТ в планах по дестабилизации обстановки, тем более в организации незаконных вооруженных формирований и захвата гособъектов, абсурдно и необоснованно». «Мы считаем эти обвинения попыткой использовать ситуацию для расправы над политическими оппонентами. В краткосрочной перспективе, возможно, это будет иметь какой-то успех, поскольку мировое сообщество сейчас настроено на борьбу с экстремизмом и терроризмом и никто не станет утруждать себя разбирательством, где грань между радикалами и умеренными силами. Боюсь, что продолжение этой ситуации приведет к большей радикализации общества, поскольку многие будут разочаровываться в легальной политической деятельности, а радикалы получат больше аргументов, чем умеренные мусульмане», – сказал Мухиддин Кабири. По его словам, никто из основных игроков на международной арене не заинтересован в эскалации конфликта в Таджикистане – ни Россия, ни  Запад, ни тем более государства Центральной Азии. «Всем нужен безопасный регион, но без стабильности в Таджикистане это невозможно. ПИВТ в течение всего послевоенного периода только в этом направлении и работала, несмотря на давление, которое на нас оказывалось. Были даже попытки спровоцировать нас на более радикальные шаги», – отметил лидер партии.

Профессор Европейского университета в Санкт-Петербурге, доктор исторических наук Сергей Абашин сказал «НГ», что «преследование ПИВТ сужает возможности для маневра для самой таджикской власти и повышает риски дестабилизации ситуации в республике».

Не исключено, что следующим очагом напряженности может стать Горно-Бадахшанский автономный округ (ГБАО). «Есть опасения, что, расправившись с ПИВТ, официальный Душанбе начнет расправу над демократической частью Объединенной таджикской оппозиции (ОТО), которую составляли в годы гражданской войны бывшие силы самообороны ГБАО», – сказал «НГ» источник в таджикском правительстве. 

Руководитель службы стратегического планирования Ассоциации приграничного сотрудничества Александр Собянин не исключает, что официальный Душанбе постарается избавиться от ярких представителей демократического крыла ОТО, но как таковой зачистки ГБАО не будет. По словам эксперта, памирцев нельзя будет обвинить в причастности к ПИВТ или другим радикальным исламистским организациям, поскольку все они чаще сунниты, но иногда шииты. Население ГБАО относится к другой мусульманской общине – исмаилитов. «Зачистка Горного Бадахшана невозможна в принципе. Фактор духовного лидера исмаилитов Ага-Хана IV, а также стоящие за ним США невозможно не учитывать. А вот попытаться избавиться от 10–20 влиятельных политических фигур – это реально», – сказал «НГ» Александр Собянин.

«Объявление ПИВТ вне закона ставит точку на совершенно гениальном эксперименте, каковым являлось соглашение 1997 года. Тогда был создан прецедент включения в политическую систему института политического ислама, действующего в правовом поле. Нельзя сказать, чтобы ПИВТ как-то сильно влияла на процессы, происходящие в республике. Но она как минимум была формой религиозно-политического самовыражения для значительной группы таджикистанской элиты, за которой стоит и немалый электорат», – отметил эксперт по Центральной Азии и Среднему Востоку Александр Князев. 

Впрочем, эксперты не исключают, что место ПИВТ в Таджикистане займут радикальные исламистские организации. «В республике действует несколько десятков подпольных радикальных структур с религиозной идеологией. Среди наиболее известных – «Хизб ут-Тахрир», «Ансар уль-Уллох». На севере страны сильны салафитские и такфиристские ячейки. Многие из них, как, например, «Ансар уль-Уллох», имеют устойчивые связи с единомышленниками в Афганистане, они занимаются трафиком людей, оружия, денег, наркотиков и т.д. В условиях слабости и коррумпированности силовых структур Таджикистана это является делом обыденным», – считает Князев. По его словам, «официоз любит сегодня говорить о так называемом «Исламском государстве» как угрозе безопасности». «Но в прямой близости от границ Таджикистана, в Афганистане в составе других группировок действует гораздо больше граждан Таджикистана, нежели на далеком Ближнем Востоке», – сказал Князев. По его словам, кроме названных есть малоизвестные группировки – «Моджахеддины Центральной Азии», «Харакате Фаруки», ИДУ, Исламская партия Таджикистана и др., действующие разрозненно, но способные объединиться. 

«Действия душанбинского режима – просто подарок для этих группировок, катализатор для мобилизации ими новых сторонников из числа бывших членов ПИВТ. Вопрос только в том, когда внешние кураторы этих формирований сочтут необходимым их активизировать. Почва для этого обеспечена самой властью», – резюмировал Александр Князев.

«Эпоха межтаджикского примирения между властью и ОТО завершилась окончательной победой одной стороны – власти», – считает Александр Собянин. По мнению эксперта, страны – гаранты межтаджикского урегулирования, прежде всего США и Россия, не смогли оказать влияние на официальный Душанбе с тем, чтобы договоренности соблюдались обеими сторонами. «Россия оказалась не готова к окончанию примирения. Однако Москва проигнорирует возможные негативные последствия, которые ожидают республику. Причина в базовых интересах, а также понимании того, что серьезной угрозы гражданской войны в Таджикистане нет, поскольку одна из двух сторон системно и структурно разгромлена. Но со временем Россия пересмотрит весь спектр своих позиций в отношении Таджикистана, да и Центральной Азии в целом», – сказал Собянин. Эксперт полагает, что завершение эпохи межтаджикского примирения связано с тем, что таджикское общество так и не преодолело региональное разделение. Это представляет угрозу как внутри страны, так и для соседей, в первую очередь для Узбекистана. Ситуация в регионе не изменится до тех пор, пока Россия окончательно не вернется в Центральную Азию.

Впрочем, еще весной ПИВТ обратила внимание ООН, ОБСЕ и ЕС, а также стран-гарантов на нарушения мирного соглашения. Однако, как заметил Мухиддин Кабири, все сейчас заняты проблемами Ближнего Востока и Украины. Им не до Таджикистана. К сожалению, международные организации и крупные государства могут вмешаться в ситуацию, когда конфликт уже разгорится, а не на начальной его стадии.

Источник: ng.ru

А также читайте: