zaxvatov

В декабре 2016 года в Таджикистане была принята «Национальная Стратегия развития Республики Таджикистан на период до 2030 года», разработанная на основе установок Посланий Президента Таджикистана Эмомали Рахмона парламенту в 2014 и 2015 годах. Главными целями Стратегии названы рост уровня жизни населения и обеспечение устойчивого экономического развития в сфере энергетической, продовольственной безопасности, расширение продуктивной занятости и выход Таджикистана из коммуникационного тупика. 

Денег нужно много

Согласно опубликованным официальным данным суммарные затраты финансовых ресурсов по всем источникам финансирования Стратегии составляют 118,1 миллиарда долларов США, в том числе 54,7 миллиарда долларов – вложения частного сектора, 56,1 миллиарда долларов – бюджетные средства и финансовые средства Партнёров по развитию – 7,3 миллиарда долларов.

Среднегодовые суммы затрат до 2030 года, заложенные в документ составляют 8,43 миллиарда долларов, что в 3,7 раза превышает общий объём расходов Государственного бюджета Таджикистана на 2018 год в сумме 21337420 тысяч сомони (2,27 миллиарда долларов США).

Столь высокие цифры сразу же вызвали сомнения в экспертных кругах. Обсуждался даже вопрос о закравшейся опечатке в цифрах. Известный таджикский эксперт Парвиз Муллоджанов сразу после публикации документа заметил:

«Для обеспечения достойной жизни людям, нашей стране сначала нужны реформы, а потом уже деньги. Никто не даст нам денег в условиях, когда страна занимает последние рейтинги в регионе по защите инвестиций, уровню коррупции, условий для развития бизнеса. Пока мы не улучшим свои международные рейтинги, таких денег (а это больше 9 миллиардов в год, если считать до 2030г.) международные финансовые институты нам не дадут».

Мнение эксперта полностью разделяет аналитик Хурсанд Хуррамов: «В условиях, когда бюджет республики составляет чуть более 3 миллиарда долларов, привлечение указанной суммы является совершенно нереалистичной. На данный момент неизвестно, найдется ли инвестор для Рогунской ГЭС, который был бы готов вложить туда 2 миллиардов долларов».

Насколько можно ожидать, с достройкой Рогунской ГЭС особых проблем уже не будет – после пуска первого агрегата в ноябре 2018 года строителям предстоит не менее 10 лет наращивать плотину и устанавливать очередные турбины и генераторы. И если представить, что сегодня найдется богатый зарубежный инвестор, способный сразу инвестировать в Рогун до 3 – 4 миллиардов долларов, срок окончания строительства ГЭС приблизить не получится - строители физически просто не «переварят» такие денежные ресурсы.

Поиск денег начат и результаты есть

Несмотря на заявленный внушительный объем финансирования мероприятий Стратегии, никаких поправок и уточнений в озвученную цифру 118,1 миллиарда долларов внесено не было, и в стране началась работа по поиску ресурсов. Пример поиска инвесторов подчиненным подал Президент Эмомали Рахмон. Начиная с декабря 2016 года, он совершил зарубежные поездки в Индию, Катар, Саудовскую Аравию, Иорданию, встречался с лидерами России, Беларуси, Армении, Узбекистана. В ноябре 2016 года, во время визита в Венгрию, Президент Таджикистана провел встречу с послами Таджикистана в странах Европы и, ознакомив их с целями «Стратегии 2030», поставил перед ними задачи по привлечению европейских партнеров для её реализации.

Наилучший результат в привлечении внешних инвестиций был достигнут в сентябре 2017 года, во время государственного визита Эмомали Рахмона в Китай, где было подписано 24 новых документов о сотрудничестве. А в 2017 – 2018 годах удалось совершить настоящий прорыв в развитии двусторонних отношений Таджикистана с Узбекистаном за последние 30 лет. Тем не менее, объемы привлеченных внешних инвестиций, оказались существенно ниже предусмотренных «Стратегией 2030» и перед Таджикистаном со всей серьезностью встал вопрос – денег нужно много, но где их взять?

«Вам ключи от квартиры, где деньги лежат?»

Когда в современных публичных выступлениях и в публикациях ряд чиновников, экспертов и журналистов начинают говорить о «продолжающимся мировом экономическом кризисе», мне хочется аргументированно возразить им – о каком «мировом кризисе» они ведут речь?

Действительно, в результате финансового кризиса, начавшегося в 2008 году в США, было плохо практически всем. В 2009 году мировой ВВП впервые за 60 лет «ушел в минус». Но за 5 кризисных лет глобальную рецессию мировой экономики практически все страны смогли преодолеть и, начиная с 2014 года, экономика всех развитых стран демонстрирует непрерывный рост.

«Не повезло» лишь России и её партнерам по СНГ – после присоединения Крыма и введения антироссийских экономических санкций курс доллара в России с 2014 года до 2018 года взлетел с 33 до 66 рублей. В Таджикистане мрачно шутят – когда в России кашляют, в Таджикистане чихают. Если в начале 2014 года в Таджикистане за 1 доллар давали 4,77 сомони, то осенью 2018 года – уже 9,42 сомони.

Но мировой капитал не связан с проблемами на финансовых рынках России и стран СНГ, и «свободных» денег в мировой экономике немало. В последние 4 года каждый очередной календарный год Германия, например, завершает с профицитом бюджета, который в 2017 году составил 36,6 миллиардов евро. Трудно себе представить, но это так – годовой объем «лишних» денег» у немцев сопоставим с 10 (!) годовыми бюджетами Таджикистана.

Богатая Германия справляется с содержанием и адаптацией 1,5 миллиона беженцев и экономических мигрантов из стран Африки и Ближнего Востока, но и после этих колоссальных затрат чиновники Федерального министерства финансов Германии, отвечающие за управление средствами бюджета, не знают, куда девать деньги. И это касается не только Германии.

Деньги и люди стремятся туда, где к ним хорошо относятся

Эту известную фразу хорошо выучили в Центральном Банке России, который в ноябре 2018 года сообщил о чистом оттоке из страны за десять месяцев 2018 года 42,3 миллиарда долларов - втрое больше, чем за такой же период прошлого года. Конечно же, в эту сумму входят денежные переводы трудовых мигрантов, а также деньги, внесенные в счет погашения внешних обязательств и на приобретение финансовых активов за рубежом. Но факт остается фактом – по самым разным причинам деньги из России «бегут».

Так что же можно сделать в Таджикистане, чтобы деньги богатых инвесторов стремились в страну? По-видимому, если власть серьезно заинтересована в выполнении показателей «Стратегии 2030», начать нужно с того, чтобы основательно подумать над причинами, препятствующими росту внутренних и внешних инвестиций, и честно назвать их. Подумать и выработать пути эффективного привлечения инвестиций - либо самим, либо пригласить опытных зарубежных экономистов.

По всей вероятности, в результате «мозгового штурма» в числе препятствий для притока крупных инвестиций, окажутся слабая защита прав собственности и непрозрачная экономика, чрезмерное административная и налоговая нагрузка, маломощный и дорогой интернет и «странности» с блокированием частных СМИ. Вне всякого сомнения, придется что-то предпринимать для создания интересных льгот внешним и внутренним инвесторам, умерить аппетиты банкам, кредитующим мелкий и средний бизнес по заоблачным ставкам.

Известно, что в последние годы как в развивающихся странах наблюдается рост доли иностранных банков. Не исключено, что в результате рассмотрения путей роста экономики будет принято решение о привлечении в национальную банковскую систему Таджикистана иностранных банков, способных предложить интересные кредиты, о которых сегодня таджикские предприниматели только мечтают. Но главное, над чем придется подумать – как добиться доверия инвесторов, которые при одном только слове «Таджикистан» будут заинтересованы в рассмотрении конкретных инвестиционных проектов.

Нужны идеи и проекты

Что же касается инвестиционных предложений, крупный богатый инвестор даже слушать не будет о мелком для него проекте строительства очередной птицефабрики, ткацкого производства в Свободной Экономической Зоне и даже ГЭС средней мощности на реке Зеравшан. Серьезному инвестору интересны крупные проекты, такие как строительство и совместное владение новыми межгосударственными железнодорожными магистралями, новым крупным международным аэропортом. Серьезному инвестору интересно вложение финансовых ресурсов и доля прибыли в добыче и переработке редких металлов и редкоземельных элементов, в создание крупных предприятий большой химии, и крупных современных агрохолдингов.

Судя по объявлению 2018 года и последующих трех лет годами развития туризма, в республике уже поняли, что Таджикистан – золотое дно для многих видов современного туризма. Но, судя по тому, что из Москвы в Душанбе летают, в основном, трудовые мигранты и мелкие бизнесмены, в Душанбе ещё не поняли, что цена авиабилетов из Москвы в Душанбе и обратно в размере 530 долларов - абсолютно не привлекательная для массового российского туриста. За эти же деньги россиянин предпочтет слетать в Испанию и обратно, и ещё сэкономит 200 долларов на прогулки в Барселоне.

Но российский турист с интересом обратит внимание на предложение таджикской авиакомпании «Сомон Эйр», которая войдет в крупный авиа-туристический холдинг, получающий прибыль не только за авиаперевозки по приемлемым ценам, но и из тех денег, которые турист за дни своего пребывания оставит в Таджикистане.

Андрей ЗАХВАТОВ

Источник: журнал Иктисодчи №22, (01) январь-февраль, 2019г. 

А также читайте: