zarema w

Даже в период коронакризиса Евразийский экономический союз продолжает расширять международное сотрудничество. 26 мая в заседании Коллегии ЕЭК впервые приняла участие представитель Молдовы, а немногим ранее в Сенате Узбекистане было принято решение о присоединении к Союзу в качестве наблюдателя. Аналогичное желание вновь высказала и Куба. При этом, по информации ЕЭК, все так же активно ведутся переговоры по созданию зон свободной торговли с Египтом и Израилем. О том, как оценивают такое сотрудничество и перспективы расширения ЕАЭС в Нур-Султане, корреспонденту «Евразия.Эксперт» рассказала директор Казахстанского института стратегических исследований при президенте Казахстана Зарема Шаукенова.

– В 2019 г. Евразийский экономический союз заключил соглашения о зоне свободной торговли с Сербией и Сингапуром. Кроме того, вступило в силу соглашение, ведущее к образованию зоны свободной торговли с Ираном, а также торгово-экономическое соглашение с Китаем. Как в Казахстане оценивают внешнеэкономическую активность ЕАЭС, и какое направление представляется наиболее выгодным?

– Экономическое измерение ЕАЭС в Казахстане считается одним из ключевых в евразийской интеграции. Для Казахстана, как государства с большой территорией, не имеющего выхода к морю, интерес представляет нахождение новых способов экспорта собственной продукции, а также реализация транспортно-транзитного потенциала. С этой точки зрения приоритет имеет получение доступа к международным портам, развитие железнодорожной сети и трубопроводной системы, новые возможности для диверсификации казахстанского экспорта и создание для казахстанских товаров благоприятного торгового режима. Решение этих задач, в том числе и в рамках ЕАЭС, является существенной частью казахстанской внешнеэкономической политики.

Создание зон свободной торговли с Сербией и Сингапуром с этих позиций – стратегический шаг для Казахстана.

Сингапур – один из «азиатских тигров» – является во многом «ролевой моделью» для Казахстана, особенно с точки зрения экономических реформ и достижений, и ключевым партнером нашей страны в Юго-Восточной Азии. А казахстанская дипломатическая миссия в Белграде этим летом была преобразована в посольство, что также свидетельствует о высокой актуальности двусторонних взаимоотношений с Сербией для Казахстана.

В целом, существование экономических преференций и особых режимов движения товаров и услуг является большим преимуществом для многосторонней торговли, и каждое подобное соглашение в рамках ЕАЭС становится шагом, направленным на расширение взаимодействия союза с другими межправительственными объединениями и отдельными государствами. Все это, полагаем, будут способствовать развитию общего рынка и укреплению национальных экономик стран-участниц.

– Проработку вступления в ЕАЭС официально начал Узбекистан, готовность к активизации взаимодействия выражает Молдова. Как в Казахстане воспринимается возможное расширение союза в данных направлениях?

– Наша страна, последовательно выступая за укрепление центральноазиатской интеграции, несомненно, поддержит решение Узбекистана о вступлении в Евразийский союз, если таковое будет принято. Учитывая позитивные изменения в политике Ташкента, а также торгово-экономический и демографический потенциал страны, ожидания от включения Узбекистана в интеграционные объединения Евразии очень высоки.

То же касается и Молдовы, с которой у Казахстана были выстроены экономико-хозяйственные связи в советское время, а на сегодняшний день растут объемы взаимной торговли и развивается инвестиционное сотрудничество.

При этом важный вопрос при расширении ЕАЭС – адаптация национального законодательства к стандартам интеграционного объединения, для чего обычно формируется дорожная карта. Это наиболее сложный процесс. Он, к слову, продолжается и в государствах-основателях организации.

– Комментируя международную ситуацию в азиатском регионе, Касым-Жомарт Токаев призвал «искать действенные формулы против фрагментации безопасности в Азии». Какие инициативы планирует предложить в этой связи казахстанская сторона?

– Поскольку Азия является самым крупным по площади регионом мира, в котором расположены более полусотни государств с разной историей, языками, политической культурой, выстраивание здесь единой архитектуры безопасности – крайне сложная задача. Именно поэтому сообразно существующей проблематике появились соответствующие объединения, такие как АСЕАН, АСЕМ, Саммит стран Восточной Азии и другие, а также большое количество двусторонних и многосторонних площадок, зачастую неэффективных или дублирующих друг друга.

В контексте этих вызовов в Азии, напомню, что первым президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым была выдвинута идея о созыве Совещания по мерам взаимодействия и доверия в Азии (СВМДА), которая бы по аналогии с ОБСЕ в Европе могла объединить все азиатские государства для решения проблем безопасности и устойчивого развития. Сегодня эта площадка является одной из авторитетных в данном регионе, и есть предпосылки для оформления ее в международную организацию. Это позволило бы унифицировать подходы к безопасности в регионе. Поэтому трансформация СВМДА в Организацию по безопасности и развитию в Азии (ОБРА) должна стать следующим логическим этапом укрепления общеазиатской безопасности.

– В декабре 2019 г. президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев накануне визита в Германию заявил, что не считает события 2014 г. в Крыму «аннексией». Это вызвало острую реакцию и протесты МИД Украины. Почему Казахстан занял принципиальную позицию по данному вопросу?

– Об этом уже неоднократно говорилось, но хотелось бы подчеркнуть еще раз, что президент Токаев сказал «мы не называем это аннексией». Есть ведь семантическая разница в словосочетаниях «не называем» и «не считаем».

Безусловно, как человек с колоссальным дипломатическим опытом и доскональным знанием международного права, наш президент видит ситуацию с Крымом более комплексно. При этом всем специалистам понятно, что в ходе известного интервью казахстанский президент никаких принципиальных корректив в уже озвученную нашей страной позицию не вносил.

Вместе с тем, и с Российской Федерацией, и с Украиной у нашей страны сложились партнерские отношения. Казахстан надеется на позитивное разрешение спорных вопросов между этими братскими странами в нормандском формате, и уже не раз предлагал свое посредничество для урегулирования данного вопроса.

– Какие ключевые вызовы в области безопасности возникают перед Казахстаном?

– Казахстан как активный член международного сообщества подвержен ряду рисков, возникающих в процессе трансформации мира. Мировая экономическая рецессия и нестабильность внешней конъюнктуры оказывают значительное влияние как на интеграционные объединения, участником которых является наша страна, так и непосредственно на казахстанскую экономику.

Немаловажным фактором выступает усиление конфликтов между крупнейшими геополитическими игроками.

Возможная эскалация торговой войны США и КНР, обострение противостояния США и России в будущем году, соперничество стран за влияние в регионе могут в той или иной мере оказывать влияние на положение Казахстана и других центральноазиатских стран.

Продолжение гонки вооружений, распространение ядерного оружия и ядерных технологий представляет угрозу для всего мирового сообщества. Нарастание международных противоречий, связанных с урегулированием северокорейской ядерной проблемы, а также иранского ядерного вопроса представляют серьезные вызовы для политической стабильности и безопасности в мире.

Кроме того, возникают и новые риски: киберугрозы и кибертерроризм, рост популизма и национализма, кризис вокруг климатических соглашений – эти и многие другие проблемы станут определяющими для формирования внешней политики страны в 2020 г. Несомненно, в этом году Казахстан как автор ряда глобальных и региональных инициатив сообразно своим национальным интересам будет и далее продвигать идеи мирного разрешения конфликтов, укрепления сотрудничества и диалога по вопросам глобальной повестки.

Источник: «Евразия.Эксперт»

А также читайте: