Google 054

Алена Георгобиани считает себя русской либералкой. Специалист по связям с общественностью, москвичка доверяет поисковой системе Google, а не ее местному конкуренту "Яндексу". Загружает приложения в свой Android из магазина Google Play, а файлы хранит на облачном хранилище Google. С тех пор, как в марте из России ушло приложение Microsoft Teams, для рабочих звонков она тоже перешла на Google Meet. А почтой Gmail она пользуется уже 17 лет.

Раньше она не жалела 200 рублей (3 доллара) в месяц, чтобы во время перекуров смотреть видео на YouTube без рекламы. Но в начале марта ее премиум-подписка отменилась сама собой, так как Google приостановил свою рекламную деятельность в России в связи с конфликтом на Украине. Ютуберы и рекламодатели лишились доходов, зато все россияне теперь могут смотреть видео без рекламы. "Я забыла про рекламу, когда сменилась политика монетизации. Она всплывает лишь когда я включаю VPN", — говорит Георгобиани, имея в виду виртуальный адрес, с которого можно просматривать страницы, словно из-за рубежа.

Отношения Георгобиани с Google показывают, насколько глубоко компания вошла в российскую жизнь. По данным аналитической компании Statista, в 2021 году в России на 144 миллиона человек приходилось более 91 миллиона пользователей YouTube. Но коммерческая империя Google рушится. 10 марта компания объявила о приостановке всех своих платных услуг в стране из-за "сбоев в работе платежной системы" в связи с западными санкциями. В том же месяце компания начала переводить сотрудников из московского офиса в другие страны, причем многие из них, судя по профилям в LinkedIn, отправились в Объединенные Арабские Эмираты в Дубай. В мае российская дочерняя компания Google объявила о банкротстве, когда ее основной банковский счет заморозили по суду.

Без банковского счета компания лишилась в России всех заработков, но деятельность свою обязалась продолжить. "Россияне привыкли пользоваться нашими услугами и получать качественную информацию", — заявил представитель Google. Но какой ролью в российском обществе придется довольствоваться без местной "дочки", пока неясно. Эксперты спорят, чтó это — начало конца для Google в России или же знак ухода в удаленную оппозицию, как мессенджер Telegram.

Российский счет Google заморожен: компания не стала удалять незаконный, по мнению властей, контент и отказалась платить штрафы, объясняет Лаура Бранк (Laura Brank), глава российского отделения американской юридической фирмы Dechert. "Это нормальный процесс неисполнения судебного приказа, поэтому на бумаге все законно, — добавляет она. — Говорят, в России нет верховенства права. Но законы есть, и власти сделают все, чтобы сказать расстроенным российским потребителям, лишившимся той или иной услуги: "Смотрите, у нас же есть для этого надлежащие правовые процедуры"".

Но пока Google не заблокировали. Наоборот, чуть ли не последний бастион американских технологий остался в России даже после того, как Facebook*, Instagram* и Twitter в начале года попали под запрет, а Microsoft и Amazon ушли сами. Хотя доступ к Google News в марте закрылся — в отместку за ссылки на "ненадежные", по мнению Кремля, сведения о ситуации на Украине — остальные ресурсы и службы вполне доступны.

По мнению ряда аналитиков, российское правительство считает YouTube слишком популярным — заблокировать его без политического сопротивления или массового перехода на VPN не удастся. Но другие полагают, что залог особого отношения к Google — это что у компании есть козырь в карманах почти у 75% россиян. "Большинство смартфонов в России — Android (на базе операционной системе Google), а не Apple, потому что они дешевле, — объясняет научный сотрудник Принстонского университета Сергей Санович (Sergey Sanovich). — А цензура мобильных данных и приложений — дело гораздо более хлопотное, чем сайтов".

Заблокировать одни службы Google, не трогая при этом другие, будет непросто, объясняет директор и основатель московского Института исследований интернета Карен Казарян. "Облачная инфраструктура Google — очень сложная штука, — говорит Казарян. — Если попытаться заблокировать одно, можно попутно заблокировать нечто другое, казалось бы, совсем не связанное, и тогда какая-нибудь важная служба тоже перестанет работать".

Российская спецоперация на Украине лишь усугубила проблемы, обрушившиеся на российскую "дочку" Google. Ее московский офис уже давно борется с постоянно ужесточающимися законами и потоком штрафов от 11 тысяч до 100 миллионов долларов за отказ удалять контент. В Google сообщили, что политика модерации контента на YouTube в связи с заявлением о банкротстве не изменится.

Казарян считает, что одна из причин, почему Google никак не уходит из России, несмотря на все проблемы, — это что ее соучредитель — русский. "Я считаю, что Сергеем Брином отчасти движет сентиментальная привязанность", — говорит он. Брин рос в Советском Союзе, пока ему не исполнилось пять, и сам рассказывал, как жизнь в подцензурной политической системе во многом предопределила дальнейшую политику Google: "Это определенно сформировало мои собственные взгляды и взгляды моей компании", – рассказал он The New York Times в 2010 году.

К тому же российская "дочка" Google получала миллиардные доходы. В докладе о прибылях и убытках за 2021 год отмечается, что целый 1% мировых доходов компании приходится на Россию, по сравнению с 0,5% годом ранее. Российские прибыли Google, 2,5 миллиарда долларов, сопоставимы с британскими за 2020 год. Компания надеялась, что ее заработки вырастут еще больше, говорит аналитик Wedbush Дэн Айвз (Dan Ives). "Google пошел по тому же пути, что и Microsoft, где рассчитывали на расширение в России в течение следующих десятилетий", — говорит он.

Замораживание банковского счета Google — итог перетягивания каната между компанией и российским правительством из-за проблемного контента. По иронии судьбы без российской дочки заставить Google соблюдать правила модерации российским властям будет еще труднее. 26 мая официальный представитель российского правительства Мария Захарова сменила тактику — пригрозила высылать по американскому журналисту всякий раз, когда YouTube блокирует очередной брифинг российского МИДа. "Еще один заблокированный брифинг — и мы назовем конкретное имя или конкретное СМИ, которое поедет к себе восвояси", — заявила она агентству ТАСС.

"Карательные меры российского правительства, в том числе попытки наказать за решения Google о модерации контента западных журналистов, показывают, что у России нет эффективных инструментов, чтобы повлиять на компанию", — считает старший научный сотрудник Атлантического совета Эмерсон Брукинг (Emerson Brooking). Он считает, что Google скорее пойдет по пути строптивого Telegram, потому что полная блокировка в России едва ли возможна.

"У России нет Великого брандмауэра. И нет мощного отечественного технологического сектора, который в случае чего взял бы на себя роль западных гигантов, — говорит он. — И чем больше сотрудников и физической инфраструктуры Google вывезет из страны, тем сложнее России будет принуждать компанию".

Морган Микер – старший автор Wired, специалист по европейскому бизнесу. Ранее работала репортером по технологиям в газете The Telegraph и голландском журнале De Correspondent. В 2019 году она стала журналистом года в области технологий и лауреатом премии Words by Women.

Источник: "INOсми.ру" (Wired.co.uk, Великобритания) 

А также читайте: